Макулатура
Статьи в тему!
WWW.DRUMNET.RU
              

ФОРУМ

НОВОСТИ

ОБЗОРЫ

БАРАБАНЩИКИ

ПРОИЗВОДИТЕЛИ

ЮМОР
Школа игры на барабанах Видеошколы Книги\Ноты Минусовки Видео Каверы Фестивали Журналы Объявления Новости и статьи
Статьи
Статьи
Новые минусовки
Frank Colon [«Manhattan Transfer», «Wayne Shorter»]
1 страница
[ 1 ] 2
вперед

Фрэнк Колон — не просто «латинский перкуссионист»; он является настоящим специалистом игры на наиболее сложных экзотических бразильских, африканских и кубинских ударных инструментах. Опираясь на традиции этого искусства, ему удалось выработать свой собственный уникальный стиль игры, который он окрестил эффектным названием «Techno-Primal Percussion». Для нашего интернет-журнала «Cyber-Drum» большая честь, что Фрэнк согласился дать нам интервью...


Как так случилось, что Вы стали играть на барабанах?
Я родился и вырос в Пуэрто-Рико. Мне посчастливилось вырасти в стране, во всех стилях народной музыки которой ударные инструменты играют доминирующую роль! С раннего детства меня окружала музыка карибских островов! Кубинская музыка была очень популярна... сон (son), дэнцин (danzуn), ча-ча-ча (cha-cha-chа), болеро (bolero)... мы, детишки, слушали калипсо (calypso), мы танцевали под ритмы меренги (merenges) из Доминиканской Республики. Сейчас, оглядываясь в прошлое, я могу сказать, что нам крупно повезло, так как меренги играли тогда только на танцах... эту музыку в те дни никогда не передавали по пуэрториканскому радио, — не то что сейчас. Однако оркестры, исполняющие меренги, были очень популярны и востребованы, потому что этот танец, во время которого танцующие пары совершают характерные вращательные движения бёдрами, давал нам возможность "отполировать пряжки наших ремней девичьими телами"!

В Пуэрто-Рико были (и есть) и свои собственные ритмы, – бомба (bomba) и плена (plena). В основе этих экзотических ритмов также лежат специфические ударные инструменты. Поскольку музыка этого стиля была как бы нашим местным фаворитом, я недавно с удивлением обнаружил, что она получает всё большее и большее распространение на Кубе силами таких коллективов как «Irakere», «Sаntesis» и «Los Van Van». Несмотря на то, что даже такой человек, как Вилли Колин (Willie Colуn) записал множество песен в этом стиле, настоящую плену до сих пор можно услышать лишь в Пуэрто-Рико.

На самом деле к игре на ударных инструментах меня подтолкнула наша оригинальная пуэрториканская традиция встречи Нового Года. Видите ли, у нас на родине принято отмечать рождественские праздники под звуки особого рода песен, называемых «aguinaldo». Песни эти очень ритмичные и свингующие. Обычно они исполняются на испанских гитарах и перкуссии. Перкуссией в данном случае могут быть такие инструменты как жуиро (guiro), бонги (bongos), конги (congas), маракасы (maracas), клэйвс (claves) и пандереты (panderetas). Последний инструмент – это такой особый род бубна, традиционно используемый при исполнении плены). По традиции каждый житель в рождественские праздники принимает участие в исполнении этой музыки, каждый играет на чём-нибудь. Даже мой отец, которому сейчас уже 93 года, солидный и уважаемый человек, окружной адвокат, до сих пор славится своей неистовой игрой на жуиро во время празднования Рождества! С самых ранних лет я постоянно крутился около барабанщиков и мне даже иногда давали попробовать свои силы в игре на пандеретах, бонгах и конгах, на которых я впоследствии стал учиться играть, что называется, всерьёз.

Кто оказал на Вас в детстве наибольшее влияние в музыкальном плане?
Признаюсь, что это были Тито Пуэнте (Tito Puente), «Эль Гран Комбо» (El Gran Combo), а также «the Beatles». Я помню, что, будучи ещё совсем маленьким, я сидел перед телевизором, глядя на выступления Тито в Нью-Йорке, – он играл «живьём» на полуденных телевизионных шоу. В другой подобной передаче, «El Show del Mediodha», на втором канале, «родной» группой были «El Gran Combo». Сегодня этот коллектив известен как «La Universidad de la Salsa» (академия сальсы), но многие из их хитов впервые прозвучали именно в тех телевизионных передачах.

В детстве я ходил в частную школу, преподавание в которой велось на английском языке. Для многих моих одноклассников английский был родным языком. Они приобщили меня к американской (и британской) популярной музыке, поэтому, когда в Америке вышел первый альбом «Битлз» («Meet the Beatles»), он зацепил меня по-настоящему! Я влюбился в это новое звучание, в их песни, в их имидж; мне нравилось в них абсолютно всё. Когда я принёс эту пластинку домой, я сделал себе пару барабанных палочек из старых платяных вешалок. Этими самодельными палочками я стучал по дивану, снова и снова слушая «Beatles».

Кто был Вашим первым инструктором?
Ну, вскоре после того, как я начал регулярно стучать по дивану палочками, сделанными из старых вешалок, я попросил родителей купить мне ударную установку. Они наотрез отказались поддержать моё увлечение барабанами! Родители заявили, что не потерпят присутствия этого варварского инструмента в нашем доме! Но, поскольку я не унимался в своём стремлении приобщиться к музыке, а родители хотели воспитать меня всесторонне образованным культурным гражданином, они благоразумно предложили мне пойти учиться играть на скрипке. «Ни за что!», – ответил я (на самом деле, мне просто претила мысль, что и я, подобно сыну наших соседей, буду уныло брести по улице с этим несчастным скрипичным футляром в руках!). В итоге, после длительных пререканий мы пришли к компромиссу, и я стал посещать уроки игры на фортепиано. Таким образом, моими первыми учителями музыки стали Angelina и Rafael Figueroa из всемирно известной семьи потомственных пуэрториканских классических музыкантов. Что же касается барабанов и перкуссии, то, за исключением единственного случая, когда великий Julito Collazo научил меня играть на Batu drums, я всему научился самостоятельно.

Как много времени/сил Вы тратили в юности на обучение игре на ударных?
Будучи подростком, я абсолютно не занимался ударными. Во-первых, у меня никогда не было своих барабанов, так как в родительском доме эти инструменты находились под строжайшим табу. А о том, чтобы купить их самостоятельно на мои карманные деньги, заработанные во время школьных каникул, не могло быть и речи! Однако, я ухитрялся играть на чужих барабанах и на самом деле поигрывал в различных рок-н-ролльных группах. Я либо одалживал барабаны у знакомых, либо брал их в прокат. А вообще-то, в юношеском возрасте меня куда больше, чем игра на барабанах, привлекали такие занятия, как спорт, театр и беготня за девушками.

Вы не могли бы рассказать нам о некоторых Ваших самых первых проектах?
Позвольте совместить ответ на этот вопрос с ответом на следующий, поскольку один из моих первых проектов является также одним из моих самых любимых. Это времена, когда я был членом ансамбля Джулито Коллазо («Julito Collazo’s Afro-Cuban Drum Ensemble»), вместе с которым я и попал впервые в Нью-Йорк. Мы познакомились с Джулито в Вашингтоне, за год до нашего совместного нью-йоркского концерта. Он тогда выступал в Вашингтоне на Фестивале африканской диаспоры, стараясь держаться корней. Мы сразу же прониклись друг к другу взаимной симпатией и несколько недель после этого я ездил в Нью-Йорк на уик-энды, чтобы брать у него уроки игры на священных барабанах Batu. В то время он был неоспоримым мастером игры на этих барабанах, сбежавшим в Америку с Кубы! И, хотя с «острова свободы» к нам сбежало немало серьёзных барабанщиков, Джулито был наиболее ортодоксальным мастером этого очень сложного и мистического искусства. Мне невероятно повезло стать его последним учеником.

После более чем года занятий Джулито предложил мне переехать в Нью-Йорк и, при желании, присоединиться к его группе. Немаловажный факт: сдавалась квартира в одном доме с Джулито! Ну... спустя неделю, собрав пожитки, я перебрался в Нью-Йорк, прихватив с собой жену и кота. Начался новый этап уникального обучения...

Спустя год после моего переезда в Нью-Йорк я стал одним из парней, достойных выходить на сцену вместе с Джулито (он давал концерты один-два раза в неделю). На следующее утро после концертов он просыпался пораньше и начинал готовить барабаны к ритуалу. В этой подготовке мы проводили время вплоть до обеда, на который, кстати, частенько заходило немало барабанщиков. Пообедав, мы все вместе отправлялись к месту совершения ритуального действа, где я должен был подносить барабаны, расчехлять их и всё такое... За первые полгода, проведённые мной в группе Джулито, я ни разу не ударил по барабану! Моей обязанностью было заботиться о других барабанщиках, а всё, на чём мне разрешалось играть, были Atcherо (маракасы) — они в ансамбле выполняют функцию клэйва.

Мне это было неприятно, потому что я много занимался ежедневно и был достаточно подкован, чтобы играть наравне с остальными, однако Джулито не разрешал мне играть во время ритуалов. В одно из восресений, когда в голове моей внезапно начал роиться вопрос «а какого, собственно, чёрта, я тут делаю?», Джулито позвонили и попросили найти замену для заболевшего барабанщика, чтобы отыграть на каких-то праздниках... и Джулито порекомендовал меня! Хорошо, я поехал туда, уселся и стал играть всё, чему уже научился. Весьма скоро я понял, что времена резко изменились. Того, чему я научился в процессе занятий, было явно недостаточно. Требовалась правильная позиция, правильная осанка, а также особого рода «авторитарная слабость» — всё это совершенно необходимо для игры на барабанах во время ритуальных спиритических сеансов. Таким образом я вступил в третью фазу моего обучения...

В последующие четыре года я стал одним из ведущих барабанщиков в ансамбле Джулито, хотя наши с ним взаимоотношения никогда не были стандартными отношениями типа «учитель — ученик». Отчасти, именно потому я считаю период обучения у Джулито одним из самых значимых событий в моей жизни, что обучение моё не ограничивалось лишь рамками вовлечения в исполнение ряда наиболее концептуальных, сложных и интересных ритмов в мире на некоторых из самых сложных в обращении ударных инструментов. Я приобщался к мировой, вселенской культуре, учился проникать в астральные слои мира, наполненные спиритической музыкой, в слои, управляющие повседневной жизнью каждого из нас. Это уже никак нельзя назвать «стандартным» обучением!

А сейчас Вы занимаетесь?
Конечно. Я много занимаюсь... в наше время совершенно невозможно работать на международной музыкальной сцене без виртуозного владения техникой своего исполнительского искусства — а для этого нужно постоянно и много упражняться! Я думаю, для того, чтобы играть с лучшими в мире группами и артистами, необходимо уметь работать на пределе своих способностей и возможностей. А для «поддержания хорошей формы» и плавного роста мастерства, как и в спорте, необходимо ежедневно упражняться!

Мне поэтому нравится заниматься где-то по два-три часа в день по шесть дней в неделю. По воскресеньям я даю моим соседям возможность отдохнуть от моих занятий.
вперед
1 страница
[ 1 ] 2


Добавлено: 02-03-2013
 
© 2003-2021
Вопросы по сотрудничеству направляйте на адрес ad@drumnet.ru
Копирование материалов сайта DRUMNET.RU разрешено только при указании активной ссылки на https://drumnet.ru/